"Батюшка вошел в мою жизнь неожиданно. У меня умерла мама, и мне нужно было решить, как жить дальше. Когда у отца Николая в домике я попала к нему на исповедь, я говорить ничего не могла, только упала на колени и плакала. Он меня утешал: "Да все это пройдет, не плачь, все это пройдет". Когда я сказала ему о смерти мамы, он отозвался сердечной болью: "Как ее звали? Как ее святое имя?" — "Валентина". Тогда батюшка встал и стал молиться за маму, мне стало легче, и я успокоилась. Он тепло меня обнял и ласково указал направление будущего пути.
Мы привезли отцу Николаю продукты, хорошую рыбу, но он сказал келейнице: "Ничего не надо, они приехали, ты им все порежь. Все им, все им, ничего мне не нужно". Он так ничего и не съел, попробовал только ложечку того-другого, и все.
За столом неожиданно отец Николай меня спросил: "А ты не воровала?" Я растерялась: "Батюшка, я не помню". На обратной дороге я вспомнила, как что-то стащила во время игры, когда мне было четыре годика.
Отец Николай читал нам свои стихи, рассказывал и, повернувшись ко мне, вдруг сказал: "И нечего тебе читать всякую дурь". Нужно признаться, что, спасаясь от уныния, я время от времени читала художественные романы.
Захотелось что-нибудь спеть старцу, и мы втроем тихо спели "Апостолы от конец". Отец Николай был тронут и обещал молиться за нас. Это был настоящий народный старец. Он очень меня подкрепил и утешил своей любовью. "Все у тебя хорошо", — сказал он на прощанье".
Из воспоминаний Людмилы Алексеевны Шатровой